Валентине Сергеевне Свиридовой в начале блокады Ленинграда было всего два с половиной года, поэтому все воспоминания о тех событиях она хранит со слов своей матери.

— Помню постоянное чувство голода. С продуктами питания в городе с каждым днём становилось всё тяжелее. Постепенно иссякли запасы топлива, воды, прекратилась подача света и тепла. Осенью 1941 года начался голод. На втором этаже нашего дома наша семья осталась единственной выжившей. Ели тогда всё, что могли. Брат вспоминал, как мама варила из столярного клея холодец, — рассказывает Валентина Сергеевна.

По её словам, семья чудом выживала в условиях постоянных бомбёжек и холода.

— Однажды брат с ребятами наковырял из замёрзшей земли два-три килограмма картошки. Во время бомбёжек мама дежурила на крышах и вместе с подругами тушила зажигательные бомбы. В перерывах между налётами девушки ходили по квартирам и проверяли, кто остался жив, — вспоминает она.

После прорыва блокады семью эвакуировали.

— Из всех «блокадных» воспоминаний моя детская память хорошо сохранила переезд: яркий солнечный день, голубое небо и голубую воду реки. Наверное, это было чудом — выжить в те страшные времена, — говорит Валентина Сергеевна